бесплатная помощь

Психологическая Юридическая

Брось в девочку папаху…

15441 25    |    8 февраля 2014 г.       
В Дагестане девушки все чаще идут под венец прямо со школьной скамьи

В то время как во всем мире, поддающемся статучету, браки стремительно «взрослеют», то есть женщины предпочитают выходить замуж в более зрелом возрасте, в Дагестане наблюдается противоположная тенденция. Здесь девушки все чаще идут под венец (вернее, их ведут в мечеть) прямо со школьной скамьи. И это вовсе не возврат к традициям – в прошлом в Дагестане не были распространены ранние браки. По мнению экспертов, во многом эта тенденция связана с распространением ислама и исламских норм семейного права.

Асият Магомедову из Кизилюрта выдали замуж в 16 лет за человека, который старше нее на 30 лет. 22-летняя Асият рассказала порталу «Даптар» свою историю: «Семья моя религиозная. Отец (в прошлом году он погиб в автоаварии) был очень набожный человек, знал Коран наизусть. Он отдал меня замуж за своего друга, который жил в Махачкале. Я только-только окончила школу, а потом сразу отдали замуж. Второй женой. У моего почти пятидесятилетнего мужа трое детей, дочь и два сына. Его дочь старше меня на два года. Он ее замуж отдал за сорокалетнего родственника, когда ей было 15 лет. Мы с ней сдружились. Она ненавидела отца, мужа. И я прекрасно ее понимала. И тоже ненавидела папу и мужа. Я хотел поступить в университет, выучится на учителя русского языка. Но муж не разрешил. В 18 лет я родила дочку. Сидела целый день с ней. Через два-три года у меня появилось хобби – я варила мыло и сдавала его на продажу в разные магазинчики. Накопила небольшие деньги и ушла от мужа. Он хотел дочь забрать, но за меня заступился старший брат. Брат и отцу дал отпор. Он спас меня, я ему очень благодарна. Для меня каждый день рядом с мужем был мучением. Я, молодая девушка, должна была фактически обслуживать этого пожилого и чужого мужчину. Как страшный сон вспоминаю те дни. А дочь бывшего мужа искренне жаль. Я ее уговаривала уйти, предлагала жить вместе. Но она очень сильно боится мужа и отца», – рассказала Асият.

Далеко не каждая девочка сможет остаивать свои права в обществе, где считается, что главная обязанность детей – быть послушными, а главная обязанность родителей – обеспечить детям материальный достаток.

Имам Центральной мечети МахачкалыМагомедрасул-хаджи Саадуев говорит, что по исламским нормам совершеннолетними считаются девушки и парни, которым исполнилось 15 лет. Однако, по его словам, одного совершеннолетия для вступления в брак недостаточно. «В исламе смотрят не только на возраст девушки, но и на ее способность справляться с жизненными ситуациями, которые могут возникнуть в супружеской жизни. Я говорю не только о половом созревании, но и психологической готовности. Бывают дети, которые хоть и совершеннолетние, но не готовы к супружеской жизни, не могут справляться с семейными проблемами. Есть такое понятие в исламе – рушд. Оно означает способность человека выносить разумное решение в той или иной жизненной ситуации. Это понятие применяется и в наследственном праве. Если ребенок становится наследником богатства, он получает имущество в свое распоряжение не когда достигает совершеннолетия, а когда его близкие убедятся, что он может поступать с этим имуществом не в ущерб себе. Родные девушки знают, готова ли она психологически к супружеским взаимоотношениям, готова ли исполнять обязанности жены. И только после этого решают вопрос о браке», – говорит имам.

По словам Магомедрасула-хаджи, он в своей практике не сталкивался с такими случаями, чтобы родители хотели отдать дочь замуж против ее воли.

Действительно, далеко не каждая девочка сможет остаивать свои права в обществе, где считается, что главная обязанность детей – быть послушными, а главная обязанность родителей – обеспечить детям материальный достаток.

Вопреки распространенному мнению о ранних браках как пережитке прошлого, в Дагестане это скорее новация

Рахмат Саадулаевой из высокогорного села Цумадинского района 26 лет, и она мать пятерых детей. Ее выдали замуж, когда ей едва исполнилось 14 лет, избраннику на тот момент было 18 лет. «Я окончила только семь классов, а в восьмой родители меня не пустили. Когда мне было 12 лет, то к нам свататься пришли. Родители дали согласие. Семья мужа зажиточная, и моя тоже не бедная, тем более мы дальние родственники друг другу. Подождали, пока я физически созрею. Вот и отдали потом замуж», – рассказывает Рахмат.

Самому старшему ее ребенку – сыну – 10 лет. Все остальные дети – девочки, самой младшей на днях исполнилось два года. «Дочерей замуж отдам только после того, как они получат высшее образование», – говорит собеседница. «На родителей я зла не держу, хотя вначале была сильно обижена. Мои подружки еще школу не окончили, а я уже второго ребенка ждала. Сейчас вспоминаю то время, и становится жалко в первую очередь мужа. Было видно, что и он не особо хотел жениться. Он единственный ребенок был в семье, и его престарелые родители, как говорили, хотели видеть внуков побыстрее. Хотя, конечно же, наш брак был в первую очередь финансовым союзом», – делится Рахмат. Ее муж Муса Ахмедов год назад окончил медицинский вуз и теперь работает в сельском медпункте. Про свою женитьбу он не хочет рассказывать, но согласен с женой – он даст детям высшее образование, а дети потом сами решат, с кем и когда связывать свою судьбу.

Не стоит думать, что ранний брак может постигнуть только девушку из горного села. По словам преподавателя махачкалинского лицея Мусы Гаджиева, такое случается и в дагестанской столице. «Две из моих учениц вышли замуж рано: одна после 10 класса, другая – после 11-го – по воле отцов. Все их подруги переживали за них, жалели. Я воевал за них очень долго, убеждал отцов, что это ошибка, девочки мечтали учиться, были очень способные, но... Брак одной очень неудачен, даже трое детей его не спасли, они разошлись, жизнь, по сути, сломана. Другая просто была погребена работой по хозяйству, смирилась, терпела. Этим летом трагически погибла в аварии вместе с ребенком», – рассказывает Муса Гаджиев.

Бывает, конечно, и по-другому. Мадина Эльдарова из Каспийска не жалуется, что ее рано отдали замуж. В 16 лет она стала женой 25-летнего дальнего родственника. «Не знаю почему, но я всегда мечтала выйти замуж. Хотела детей. Для меня свадьба стала событием жизни. И я очень счастлива, что вышла замуж как только окончила школу. Муж меня на руках носит, любит, опекает. У нас двое детей-близнецов, и мне грех жаловаться на что-то», – говорит она.

Интересно, что, вопреки распространенному мнению о ранних браках как пережитке прошлого, в Дагестане это скорее новация. По словам историка Марко Шахбанова, возраст вступления в брак в разных районах отличался, однако нигде они не были чрезмерно ранними. «В горах выходили чуть позже, когда девушке исполнялось 18-20 лет, парню – от 23 до 30, на равнине – чуть раньше, начиная с 16 лет у девушек и с 20 – у парней, но точных цифр, конечно, нет», – отмечает Марко Шахбанов. По его словам, различие было связано с экономическими причинами. На равнине условия жизни были получше, чем в горах, поэтому семьи были большие, детей много, и родители торопились, чтобы успеть всех устроить. В горах же, в суровых условиях малоземелья, семьи были малочисленные. Лишь во второй половине 20 века ситуация поменялась, горские семьи сначала сравнялись с равнинными по количеству детей, а потом и обогнали их.

«В Дагестане большинство девушек тоже хотят отучиться в школе, закончить вуз, сделать карьеру, а родители хотят побыстрее ее отдать, – говорит Елена Мкртычан / Фото

С историком согласна и психолог Елена Мкртычан. «В горах ранние браки, до 18 лет, были редкостью и случались только в случае особой необходимости, на равнине девушек выдавали раньше. Но вообще картина очень пестрая. Дагестан уникальный край, тут нет общих правил, много наций, много влияний, очень подвижное мышление, хотя и традиционное. Но у всех все по-разному», – отмечает наша собеседница.

Так, в Южном Дагестане бывали «люлечные сговоры» – ребенок еще лежит в люльке, а родители уже сговаривают жениха и невесту. Но женятся они лет в 18. Были браки сговоренные, были и браки по выбору. Кое-каким обычаям могут позавидовать нынешние феминистки.

«У лакцев был древний обычай: когда девушка хотела выйти замуж, она поднималась в селе на высокую крышу и объявляла: пожалуйста, можете свататься. А во время кавказской войны Шамиль ввел другой обычай: ставили мужчин в ряд, и женщина выбирала из них себе мужа. Потому что мужчин было мало, и речь уже шла о выживании народа. Это охранные обычаи. У аварцев вообще кое-где матриархат до сих пор, это видно по материнским фамилиям и отчествам, производным от женских имен: Асиятиловы, Убейдатович, Хававович», – рассказывает Елена Мкртычан.

В то же время, по ее словам, в Дагестане есть поговорка, сохранившаяся на многих местных языках: «Брось папаху в девочку, и если та устоит, значит готова замуж». Но сейчас уже трудно определить, сколько в этой поговорке буквального смысла, а сколько -метафорического.

Если говорить об общемировых тенденциях, то сейчас возрастные границы сдвинулись, подростковый возраст продолжается дольше, образовались «ножницы» между физическим развитием и социальным. «50-е годы XXвека были отмечены акселерацией – физическое развитие пошло вперед, умственное осталось на месте. А сейчас отстает социальное развитие. Дети дольше остаются детьми. Разумеется, все очень индивидуально, и о рекомендациях речь не идет, но есть сейчас такая тенденция – молодые мужчины все чаще вступают в браки с женщиной, которая старше. Девушки как будто социально созревают медленнее, хотя на вид кажется, что наоборот. Поэтому мужчины выбирают женщин постарше, и количество таких браков очень возросло и составляет (очень приблизительно) около 40% по всему миру», – отмечает психолог.

«В Дагестане большинство девушек тоже хотят отучиться в школе, закончить вуз, сделать карьеру, а родители хотят побыстрее ее отдать, – говорит Елена Мкртычан. – Сейчас это еще обострилось из-за влияния религии. И от страха – боятся за своих детей, стремятся быстрей устроить, чтоб не подпала под влияние, чтоб люди ничего не сказали. Ну и, конечно, чтоб была пристроена. Но так, чтобы выдавали насильно, – это не распространено. Хотя что считать насилием? Родители так воспитывают, что дети должны слушаться. Сказали ей выходить замуж – она идет. Без насилия, но и без свободного выбора».

Раисат Сулейманова, Аида Гаджиева

Другие публикации

Тема
Она в присутствии любви и смерти
О насилии домашнем и государственном, о ненависти к жертве и о том, как как легко меняются местами жертва и агрессор
2295 25    |    2 июня 2017 г.
Тема
Село, кизяк и хинкал
Корреспондент "Даптара" сходила на кастинг реалити-шоу для девушек по-дагестански
1941 25    |    25 мая 2017 г.
Тема
Чечня. Пропала жертва домашнего насилия
Мать требует найти ее дочь. Правоохранители молчат...
747 25    |    24 мая 2017 г.
Тема
Лучше бы ты умер
Как живут квиры в Дагестане
2023 25    |    17 мая 2017 г.