бесплатная помощь

Психологическая Юридическая

Брак поневоле

5490 25    |    29 августа 2016 г.       
«Мне было четырнадцать лет, когда меня украли». Документальный рассказ писателя Полины Жеребцовой - на «Даптаре»

Трудно вызвать человека на откровение. Передо мной была молодая женщина, худенькая, с глазами необычного темно–синего цвета. Она мать двоих детей: сын Ахмед семи лет и дочь  Иман, полтора года. В ее судьбе меня интересует один факт. Она – похищенная невеста.

– Мне было четырнадцать лет, когда меня украли. Я жила в селе с родителями, двумя братьями и старшей сестрой. Я была тогда подростком, а по сознанию, вообще, ребенком. Любила озорничать: лазить по деревьям, прыгать с высоты, отчаянно дралась.

На меня все обращали внимание из–за цвета глаз, говорили, что я красивая. Мама и тетя часто ругали меня за детские выходки, внушали, что я уже большая. Не скажу, что совсем была равнодушна к противоположному полу. В моем классе у меня была симпатия. Мальчик–сосед. Он был старше меня на один год.

Однажды, когда я шла в школу, рядом остановилась запыленная машина с незнакомыми людьми. Назвав фамилию, спросили, где живет этот человек. Я плохо расслышала, подошла поближе. В этот момент сильные руки схватили меня, и я оказалась внутри машины. Испугалась. Перехватило дыхание, и я не смогла закричать.

В салоне сидела пожилая женщина. Она предложила мне воды и яблок, но я не взяла.

Всю дорогу молчала. Часа через два мы уже ехали по улицам незнакомого мне города Грозного.

На следующий день я немного успокоилась. Мне понравилась старая бабушка и веселые дети. Кормили вкусно. Наряжали. Вертели как куклу. А я думала, как там мама? Кто мой будущий муж?

Еще через два дня ко мне приехали тетя и соседка с улицы. «Мама занята» – сообщили они. Передали немного вещей и любимую игрушку–лисицу. (Позднее я узнала, что в эти дни, перенервничав, мама болела.)

Мне объяснили, что жить я буду в большом доме. Что у меня будет много новой одежды и золотые серьги с синим камнем – «под глаза».

На следующее утро была свадьба.

– Как прошли первые дни в роли жены и хозяйки?

- Мой муж оказался старше меня на пятнадцать лет и ниже меня ростом. Первая встреча разочаровала не только из–за внешности. Он был пьян. Подрался с соседями. Напугал меня тем, что разбил пустой бутылкой телевизор в комнате. С первых минут я боялась его.

– Почему вы не вернулись в родительский дом?

– Меня долго не отпускали в родное село. Нужна была няня племянникам, уборщица большого двора. Домой к маме мне разрешили поехать через пять месяцев. Я уже была в положении. Наша молодая семья жила в доме совместно с семьей старшего деверя. Вход в дом был раздельный, но заботы – общие. Во дворе стояло три строения. Много родственников, детей. Под навесом к ночи собиралось около ста пар обуви! Все женщины семьи пекли хлеб и пирожные. Сдавали продукцию оптом на рынок, все деньги – свекрови. Я уставала. Скоро у меня родился первый ребенок – сын. Прожил четыре дня и умер. «Слабенький был» – сказали врачи. Помню, как он плакал.

После больницы меня отпустили к маме. В родительском доме от меня отвыкли.

Прошло еще около двух лет. У меня снова родился сын. Крепкий, смуглый, похожий на своего отца, но глаза – мои. Я ушла в заботы о ребенке, всем сердцем полюбила его.

Плач малыша по ночам «доставал» моего мужа. Мы стали ссориться. Муж мог ударить меня. Постоянно придирался. Золовка помогала нам материально. При этом именно она вносила разлад, ругала меня своему брату. Ежедневно к вечеру я валилась с ног от усталости, но всем угодить не могла.

Весной на автобусной остановке ко мне с сыном подошел незнакомый мужчина. Заговорил с ребенком. Дал ему деньги и ушел. Этот странный человек стал попадаться мне на глаза то в детском садике, где я катала сына на качелях, то у кафе (мы возили туда пирожные). Однажды мы встретились у детской поликлиники.

Говорил он не со мной, а с сыном, всегда угощал его. Я испугалась, что нас увидят и нагрубила. Но мужчина был настойчив. Постепенно я привыкла к тому, что он есть. Мы познакомились. Я услышала его рассказ о жене и о сыне, погибших при артобстреле. Узнала о боях в селе Бамут. О переходе из рук в руки села Орехово.

Он рассказывал мне про русского солдата – Павлика, сбежавшего к чеченцам от дедовщины. От этого человека я узнала много нового для себя, другую жизнь.

Однажды он сказал: «Я раньше твоего сына увидел, а теперь – тебя. Хочешь, поговорю с мужем, чтобы не обижал. Скажу, что родственник?».

Я, конечно, запретила. Спохватилась, стала избегать его. Но думала о нем постоянно, очень скучала.

Близилось лето 1999 года. После очередного избиения я, едва очнувшись, сбежала в село к родителям. Бросила сына и все свои вещи. Была как в полусне. Мои близкие впервые увидели побои. Шпильки вошли в голову. Родственники вступились за меня, решили оставить дома. Не отдали, приехавшей следом золовке с деверем, затем моему мужу, который появился через день. Нас развели. В отместку мой муж заявил, что я никогда не увижу сына.

– Вы переехали из города Грозного? Сразу потеряли мужа, сына и друга...

– Именно так и случилось. Из–за пережитого я заболела. Была очень рада родительской заботе. Быстро сдружилась с соседями по улице и со своими бывшими одноклассниками.

Жарким июлем 1999 года мой друг отыскал меня. Я сообщила, что разведена, что сильно скучаю по ребенку. Он впервые дотронулся до моей руки, желая успокоить. Тайно встречаться мы не хотели. Он сам пошел к моему отцу. Их разговор был недолгим. Дома последовал скандал. Меня обвинили в том, чего я никогда бы не сделала. Мне сразу заявили: «Нищий зять нам не нужен! У него даже машины нет. Найдем тебе достойного!». Отца поддержали мои братья.

Вскоре явились сваты. Спасибо, мне помогла мама. Мы сумели вежливо отказать.

Несколько раз я виделась со своим дорогим человеком. Это были самые счастливые часы моей жизни. Пришла любовь, о которой я читала в книгах.

Он уехал с решением заработать на квартиру и сразу забрать меня.

Я решительно обещала ждать.

Лето заканчивалось. Затмение солнца предвещало беду, но глупое сердце, неподвластное рассудку, желало счастья и тепла. Как оказалось, напрасно.

Вскоре загрохотала вторая чеченская война. Осень была жестокой. Наша семья выехала в Ингушетию, затем, испытав тяготы палаточного быта, в Волгоградскую область к друзьям старшего брата. Я ничего не знала о сыне и о своем дорогом мужчине.

Только дождливым сентябрем 2001 года мы вернулись в родное село.

Восстановили в разрушенном доме одну комнату. В темную ночь неизвестные увели из дома моего безвинного брата. Осиротели две его дочери–двойняшки. Забот и горя хватало. Младший брат и отец поставили котел для обогрева. Решили в тесноте, но в своем дворе ждать весну.

В один из дней декабря соседка вызвала меня на улицу. У ее забора стояла темная машина. Я увидела незнакомого парня. Он протянул мне маленький сверток, обмотанный зеленой ниткой. «От М... на память» – пояснил чуть слышно и быстро отъехал.

Я разорвала нить. В коробке лежали подарки: белый головной платок, часы с браслетом, фотографии, где мой любимый еще школьник... На другой фотографии он был в военной форме с автоматом...

На самом дне лежала записка: «30 декабря 1999 года М. – погиб недалеко от села Комсомольское».

Я сделала несколько шагов и упала у своей калитки. Очнулась в постели. Мама и тетя растирали меня уксусом и молились. Я не могла встать. Жить не хотела. Только уговоры и слезы мамы заставили меня дотронуться до еды.

Я углубилась в религию. Поняла все свои ошибки. Стала усердно молиться пять раз в день. Просила у Аллаха прощенья и милости для М.

Чтобы избегать пустых разговоров, я сделала вид, что оглохла после обморока.

Не отвечала никому. Только родители слышали мое короткое «да».

Весна в тот год была ранней и теплой. Когда пели птицы, слезы душили меня.

Я старалась сделать их незаметными для окружающих. У каждого – своя беда.

Работать, сильнее уставать – стало моей целью. Благо, мы продолжали своим силами восстанавливать родной дом.

Я вернулась к отцу своего сына. Случилось это так. У нашего двора появились деверь и золовка. Они сообщили, что мой сын упал с крыши. У него открытый перелом, сотрясение мозга. Нужен уход. Нужна я!

Мгновенно собралась и уехала к сыну.

С мужем мы помирились в заботах о ребенке. Сын болел долго и тяжело. У нас родилась девочка, назвали – Иман. Ссоры стали редкостью. Научились терпению оба. Муж сумел приобрести нам отельную квартиру.

– Растет дочь. Если ее в раннем возрасте заберут замуж, как поступите?

– Незамедлительно узнаю адрес. Верну ребенка домой. Мой муж тоже не позволил бы похищение своей дочери. Он очень ее любит. Мы оба считаем – нельзя создавать семью, не узнав друг друга и потом жить бесчувственно. Старшие в семье обязательно должны все уточнить и разузнать о стороне жениха. В случае отсутствия симпатии или при нежелании молодых создать семью,  брак не должен быть заключен. Девушку, если ее украли как невесту, должны опросить при свидетелях несколько раз. Именно этому учит Коран.

Полина Жеребцова
Фото: tobolinfo.kz

Полина Жеребцова — писатель-документалист, поэтесса. Автор знаменитого "Дневника Жеребцовой Полины". Книга была переведена на многие европейские языки. Также автор книг о жизни в Чечне во время военных кампаний "Муравей в стеклянной банке", "Тонкая серебристая нить". Постоянный автор портала "Даптар. Женское пространство на Северном Кавказе".

В 2013 г. Полина получила политубежище в Финляндии. Занимается правозащитной деятельностью. Выступает за освобождение Бориса Стомахина.Финалист премии имени А. Сахарова "За журналистику как поступок", 2012 год. Автор Доклада о военных преступлениях на территории Чеченской республики 1994-2004гг.

Полина родилась в многонациональной семье на территории Чечено-Ингушской АССР, в городе Грозном. Во время военных кампаний за пределы Чеченской Республики не выезжала. С началом войны в 1994 году в Чеченской Республике девятилетняя Полина Жеребцова начинает вести личный дневник, в котором описывает происходящие исторические события на своей Родине.

Другие публикации

Личный опыт
«Не могу развестись, терплю из-за детей и родителей»
Жительница Дагестана рассказала «Даптару» о том, как важно доверие между родителями и детьми. И нужно половое воспитание для подростков.
85 25    |    21 августа 2017 г.
Личный опыт
Двадцать лет с похитителем
«Вместе с прежней Чечней разрушалась и моя семья. С мужем мы вечно скандалили». Любовь, умыкание, война, развод… Жительница Чечни рассказала «Даптару» свою историю
1185 25    |    10 августа 2017 г.
Личный опыт
Истории одного села. Как мы съели Тайсона
Колумнист "Даптара" поведала грустную и жестокую историю из детства. О брате и его пернатом друге.
486 25    |    3 августа 2017 г.
Личный опыт
Дочкоматерное
Роботы, гимнастика, Дербент… Суровые материнские будни колумниста "Даптара"
401 25    |    20 июня 2017 г.