бесплатная помощь

Психологическая Юридическая

Украденная жизнь

2860 25    |    5 апреля 2016 г.       
В Ингушетии уже почти шесть лет идет расследование о похищении и отравлении 19-летней девушки

В 2016 году Европейский суд по правам человека обязал начать уголовное расследование дела, но адвокаты сомневаются, что это поможет найти и наказать виновных.

Из материалов дела известно о сразу нескольких преступлениях над Зури (имя изменено в интересах следствия). Первый раз ее украли в 16 лет, но прожив с девушкой два года, мужчина возвращает ее матери и оформляет развод.

Уже спустя год, в декабре 2009 года, Зури, снова крадут. Второй похититель – молодой человек по имени Ахмед (имя изменено в интересах следствия) – силой увозит девушку в свой дом.

Мать Зури и некоторые родственники требуют возвращения Зури домой. Ее привозят уже на следующий день после условных договоренностей о свадьбе. Однако, все же мужской части семьи эта ситуация кажется “позором”. Считается, что ночь, проведенная в доме чужого мужчины, позволяет предполагать, что девушка вступала с ним в интимные отношения. Родственники со стороны отца отвозят Зури в лес и избивают. 

“От нее требовали ответа: были ли у нее за ночь, проведенную вне дома, какие-то интимные отношения с женихом и не опорочила ли она честь семьи. Мать подала заявление в полицию, но никакого расследования по факту издевательств не проводилось” - рассказала Ольга Гнездилова, адвокат “Правовой инициативы по России”, организации, ведущей данное дело.

События разворачиваются стремительно: через день за Зури возвращается Ахмед и забирает ее в дом своей матери по всем обычаям и правилам. Спустя пару дней, якобы для решения семейных дел, мать Ахмеда отправляет его в ингушское село Галашки. Больше он не увидит Зури здоровой. Он не появляется в доме матери до трагической развязки и не видит всех происшествий.

29 декабря Зури попадает в Сунженскую центральную больницу, где ей ставят сначала диагноз “почечная недостаточность”, а позже “отравление неизвестным препаратом”. Но возвращают Зури не в ее родной дом, а в дом Ахмеда.

Зури, разумеется, пытается звонить домой и связаться с матерью, но у нее отбирают телефон и запирают в комнате.

“Если смотреть на показания матери Зури, то с того момента, как она попала в семью жениха, у нее не было возможности связаться с родными, а звонить можно было только с телефона сестры Ахмеда. В ходе разговора Зури рассказывала матери, что заперта и разрешают только выйти в туалет. Жаловалась на плохое самочувствие: онемение нижней челюсти и затрудненное дыхание” - рассказала «Даптару» адвокат Гнездилова.

“Моя жизнь может закончиться в любую минуту”

В январе 2010 года у Зури начинаются приступы: она теряет сознание, впадает в лихорадку. 15 января она пишет в своем личном дневнике: “Моя жизнь может закончиться в любую минуту”. 1 февраля девушка впадает в кому. Дневник с подробностями издевательств был изъят только в  2012 году, кроме всего прочего в нем Зури пишет о том, что ее запирали в комнате и отбирали телефон.

Основные подозреваемые в данном деле – это мать и сестра Ахмеда. Согласно показаниям матери Зури, свекровь ее дочери угрожала. Так, по словам матери, перед отъездом Ахмеда она сказала невестке: “Ты больше его не увидишь”.

“Возможно, это был внутрисемейный конфликт и мать Ахмеда выступала против этого брака, так как Зури уже была замужем. Шесть лет длится работа над этим делом, девушка находится в коме все это время, у нее серьезные поражения, врачи не уверены, что она сможет когда-нибудь вернуться к нормальной жизни” - пояснила Гнездилова. 

Единственный человек, который пытается добиться – мать Зури. Отец девушки умер, а родственники по его линии уверены, что она сама виновата в сложившейся ситуации.

Однако, полиция даже к 2013 году не попыталась начать расследование или переквалифицировать дело в уголовное. Максимум, что сделали представители полиции: провели доследственную проверку и взяли показания у матери Ахмеда.

Не было проведено даже экспертизы, которая бы подтвердила или опровергла предположения медиков об отравлении.

“В ингушской полиции не любят расследование внутрисемейных уголовных дел, так как считают это не очень важным, хотя это противоречит закону и тут преступление достаточно тяжелое. Сейчас, уже спустя шесть лет, проходят проверки, экспертизы, но никаких результатов нет” - сказала Гнездилова.

Отметим, что дело об отравлении 19-летней Зури расследуется уже почти шесть лет только из-за настойчивости матери девушки. 

“Во многих семьях на Северном Кавказе именно мать решает все. Очень немногие мужчины в силах защитить жену и сказать: "Мама не надо вмешиваться в мои семейные дела". В основном, такие ситуации распространены в сельской части местности. Не могу сказать, что эта история как-то заметна и есть резонанс, нет никакой волны в обществе. Да, это не совсем типичная история для Северного Кавказа, но внутрисемейные конфликты тем и сложны, что о них не принято говорить и женщина почти всегда считается виновницей всех своих бед. Сильны патриархальные устои и правила, которые часто бывают помехой для выстраивания хороших отношений в семье, и между всеми родственниками”, - комментирует ситуацию ингушский правозащитник Роза Ганиева.

Ксения Бабич
Фото: deviantart.net

Другие публикации

Тема
Она в присутствии любви и смерти
О насилии домашнем и государственном, о ненависти к жертве и о том, как как легко меняются местами жертва и агрессор
2295 25    |    2 июня 2017 г.
Тема
Село, кизяк и хинкал
Корреспондент "Даптара" сходила на кастинг реалити-шоу для девушек по-дагестански
1941 25    |    25 мая 2017 г.
Тема
Чечня. Пропала жертва домашнего насилия
Мать требует найти ее дочь. Правоохранители молчат...
747 25    |    24 мая 2017 г.
Тема
Лучше бы ты умер
Как живут квиры в Дагестане
2023 25    |    17 мая 2017 г.