бесплатная помощь

Психологическая Юридическая

Она была актрисою…

1748 25    |    3 ноября 2014 г.       
Не всем нравилось, что горянка играет на сцене, что ее героини – сильные духом и свободные, что она сама такая же – сильная и свободная. «Даптар» - о великой дагестанской актрисе Барият Мурадовой.

Художественно-документальная выставка, посвященная 100-летию со дня рождения народной артистки СССР Барият Мурадовой, открылась в Музее истории города Махачкалы.

В экспозиции более 500 подлинных вещей, связанных с именем легендарной актрисы: ее рукописи и документы, награды, костюмы, музыкальные инструменты, пластинки и кинопленки, афиши и, конечно же, фотографии, на которых она запечатлена в самых разных образах. А еще живописные и скульптурные портреты, эскизы декораций и костюмов спектаклей, в которых блистала Барият Мурадова. Чтобы собрать все это куратору выставки, директору Музея Зареме Дадаевой понадобился почти год. Одновременно шла работа над книгой-альбомом (хотя она и связана с выставкой, это отдельное полноценное издание, а не просто каталог), которая уже в печати и увидит свет к концу года.


Работа над выставкой велась почти год. / Фото З. Алимирзаевой

Вообще-то книгу о Барият Мурадовой еще в начале 60-х годов начал писать известный московский театровед Матвей Иофьев (как раз вскоре после того как Барият Солтанмеджидовна стала народной СССР). Он специально приехал в Дагестан, где провел больше месяца, собирая материал. Но написать ничего не успел - погиб в авиакатастрофе. Той самой, что унесла тогда и жизнь блестящего дагестанского композитора Сергея Агабабова. А вот Мурадова тем рейсом не полетела. Не сложилось что-то в последний момент. «Бог спас»,  - говорят в таких случаях.

И не первый раз, между прочим, спас. Не раз ее жизнь в буквальном смысле висела на волоске. Не всем нравилось, что горянка играет на сцене, что ее героини – сильные духом и свободные, что она сама такая же – сильная и свободная. И камнями ее закидывали, и стреляли. Это на открытии Клуба имени Ногина было –со сцены раненую артистку на руках отнесли в больницу зрители. И плакали, и молись, чтобы только выжила. Выжила. И снова вышла на сцену. И еще долгие годы радовала зрителей своим искусством.

 


Кадр из кинофильма. / Фото: kumuklar.ru

Ее актерский стаж – больше 60 лет. Широта таланта – поистине безгранична. Только, «она была одинаково хороша и в комедийных, и в драматических ролях» - это не про нее. Потому что она не была «одинакова». Никогда. Ни в чем. Всегда – разная, всегда – непредсказуемая. «Она была актрисой, одинаково блестяще владевшей и словом, и пластикой, и вокалом, и гротеском, и психологической глубиной, и острой сатирой, и трагическим величием и сочным комизмом… она была подлинной властительницей  синтетического театра», пишет театровед Гулизар Султанова. 

 Невероятно органичная, Барият Мурадова не вживалась в роль, не перемещалась в эпоху, которой принадлежала ее героиня, а Жила – в том времени, в той стране, с теми людьми. 300 ролей сыграла ведущая актриса театра. И каждый раз, сколько бы сезонов ни шел спектакль, это была новая жизнь. И новая маленькая смерть. «Немного  у нас,  к сожалению, таких первоклассных мастеров перевоплощения, как Барият Мурадова», - писал о ней главный режиссер Московского драматического театра им. В.Маяковского, народный артист СССР  Андрей Гончаров.

«Пятьдесят раз я сыграла Лауру в «Каменном госте»… Актриса Б. Мурадова познакомила меня с такой Лаурой, которую я никогда до сих пор не знала…»

Во всех публикациях о Барият Мурадовой непременно цитируются слова знаменитейшей актрисы МХАТ (тоже Народной артистки СССР) Людмилы Целиковской: «Пятьдесят раз я сыграла Лауру в «Каменном госте»… Актриса Б. Мурадова познакомила меня с такой Лаурой, которую я никогда до сих пор не знала…». Актрисе Б. Мурадовой на тот момент было уже далеко за сорок, а Лауре – чуть больше, чем Джульетте (Джульетту она, кстати, тоже играла много-много лет и играла блестяще). А ее Медея? А Дездемона?  А Лариса Огудалова? А целая галерея образов горянок из пьес национальных драматургов? Эти роли, эти спектакли помнят до сих пор!


Кадр из кинофильма. / Фото: yoldash.ru

Гончаров мечтал видеть ее в своем театре, Абрикосов и Симонов звали  в театр Вахтангова, в Большой тоже приглашали – она ведь обладала невероятно красивым, сильным голосом и в Театрально-музыкальном техникуме (был такой в Махачкале) училась именно на вокальном отделении, в классе Дженнет Далгат – первой дагестанки – профессионального композитора, выпускницы Лейпцигской консерватории.

В Техникум Барият поступила, когда ей было 15 лет, а в 11 она руководила хоровым кружком в «Клубе горянок», гастролировала по стране с «Культсанштурмом», побывала в том числе и в Москве, где встречалась с Крупской.  На сцену же Барият впервые вышла и того раньше – в 8 или 7. Точно и сама не помнила. Говорила только, что ее-маленькую было почти не видно из-за гармошки, на которой она себе аккомпанировала. Гармошку и агач-кумуз (не тех времен, конечно, а значительно более поздних), с которыми Барият Солтанмеджидовна объездила весь Дагестан, можно увидеть в одной из выставочных витрин. Тут же – старая пластинка фирмы «Мелодия». Пластинка – бесценная реликвия, но запись оцифрована, посетители могут услышать этот потрясающий голос. Петь Барият всегда любила. Иногда сама подбирала музыку к спектаклям, сочиняла песни. На выставке есть любопытный документ: ноты, а рядом листочек с пояснением, написанным рукой Мурадовой: «Сообщая, что к пьесе Салаватова «Айгази» мною написаны следующие музыкальные номера…» - и далее список из восьми пунктов. Многие из них  до сих пор популярны у кумыков, причем считаются народными.

Если ее творческая судьба складывалась довольно удачно, без особых потрясений, то в ее личной жизни горестей было куда больше, чем радостей.

Она с удовольствием участвовала в концертах и первых театральных постановках кружка художественной самодеятельности фабрики III Интернационала, которым руководил ее дядя, известный деятель музыкальной культуры Дагестана Татам Мурадов. В 12 лет стала солисткой Дагестанского радиокомитета. 

В Большой театр она, конечно же, не ушла, как и ни в какой другой, впрочем. На все приглашения вежливо отвечала: «У меня акцент, я – актриса национального театра». Так и проработала, нет, Прослужила всю жизнь в родном Кумыкском театре, куда пришла сразу после его открытия в 1930 году. Когда появились первые дагестанские хужодественные фильмы – попробовала себя и в качестве киноактрисы. «Тучи покидают небо», «Адам и Хева», «Прорабский участок» - блестящие работы (фрагменты демонстрируются в рамках выставки). Но покорять большой экран она не стала. Считала, что искусству можно служить где угодно – хоть в столице, хоть в провинции. Поэтому в любом спектакле играла в полную силу, полумер не терпела, себя не жалела, зрителя – боготворила. Любого зрителя, будь то рафинированный московский театрал или колхозник, пришедший в сельский клуб прямо с поля. И того, и другого увлекала, завораживала своей игрой. Говорят, после спектакля «Красные партизаны» по пьесе А.-П. Салаватова пожилая горянка, поднявшись на сцену, сняла с себя платок и накинула его на Барият Мурадову. И неизвестно еще, какая награда была для нее дороже – звание народной артистки или этот вот белый платок – память о погибшем на фронте сыне.


Памятник Б. Мурадовой установлен в Махачкале перед Кумыкским театром. / Фото: buynaksk05.ru

Театровед Гулизар Султанова вспоминает, что нередко на спектаклях из национальной драматургии «возникали невероятные ситуации, когда некоторые доверчивые, наивные зрительницы принимали сценических героинь  Барият Мурадовой за своих знакомых и, подходя к рампе, на полном серьезе заводили разговор, то упрекая, что  давно не заходила, то спрашивая о тонкостях из частной жизни героини той, кого напоминала им Барият Солтанмеджидовна». 

Если ее творческая судьба складывалась довольно удачно, без особых потрясений, то в ее личной жизни горестей было куда больше, чем радостей. Революция, Гражданская война, Великая Отечественная, репрессии, колхозы, индустриализация, целина, оттепель, перестройка, реформы – все события истории страны оставили след и в ее жизни, в ее судьбе.

 Она рано осиротела: ее отец был связным в отряде Махача Дахадаева и погиб в 1919 году в сражении с отрядом Нажмудина Гоцинского. Воспитанием девочки занялся дядя – композитор, знаток дагестанской музыкальной культуры Татам Мурадов. Это вообще была очень одаренная в музыкальном плане семья: мать и тетя Барият Мурадовой – Ниярханум и Балаханум еще до революции давали концерты в Петрограде. Старинные кумыкские песни (йыры) в их исполнении были записаны на пластинки. О том, как горянки попали в столицу империи,  по сей день ходит легенда: в один прекрасный день девушки просто исчезли из дома своего отца дженгутайского водовоза Алимурата. Женщины этой семьи обладали не только талантом и изысканной красотой, но и волевым характером. Раз сделав выбор, не изменяли ему до конца жизни. 

Весь Дагестан объездила с гастролями Барият Мурадова. Точнее – обошла. Дороги в горах и сейчас оставляют желать лучшего, тогда же их зачастую не было вовсе, а единственным видом транспорта была какая-нибудь арба. Даже будучи уже признанной звездой театра, Барият Солтанмеджидовна никогда не жаловалась, не требовала для себя особых условий. Как на самом деле чувствовала себя эта всегда подтянутая, приветливая улыбчивая женщина, не устала ли, не заболела – знала только она сама. В день смерти матери она играла, на девятом месяце беременности – играла, чуть не сразу после родов выходила на сцену. Интересное совпадение: в 1936 (ей было 22 года) она первой в  республике удостоилась звания «Народный артист ДАССР» и родила дочь Инессу, в 1940 также первой в Дагестане стала «Заслуженной артисткой РСФСР» и родила дочь Беллу. Детей кормила в паузах между своими выходами, тут же, за кулисами, висели выстиранные пеленки. Она никогда не торопилась домой, к плите – ее домом был театр, единственной большой любовью – искусство.  Для ее мужа – актера и режиссера Алима Курумова, впрочем, тоже. Два творческих человека, две ярких индивидуальности не смогли или не захотели ужиться вместе. Хотя и после развода еще много лет работали в одном театре, играли в одних спектаклях. Их дочери тоже выберут для себя путь служения искусству: Инесса станет актрисой (сейчас она - Народная артистка России, последние годы работает в Русском драматическом театре), а Белла – художником, точнее, скульптором, первой дагестанкой-скульптором. Памятник Барият Мурадовой, установленный перед кумыкским театром в 2012 году – ее работа.

Выставка к 100-летию Барият Мурадовой пройдет также в Москве, в Театральном музее им. А. Бахрушина. А выставку, что проходит в Махачкале, можно будет посетить до 10 декабря.

Влада Бесараб,
Фото: buynaksk05.ru

Другие публикации

Персона
"Человек должен в первую очередь бороться сам"
Регбистка Байзат Хамидова — о самых сложных моментах карьеры, о страхе перед неудачей и о роли семьи в жизни кавказской женщины.
335 25    |    5 июля 2017 г.
Персона
"Девочек не сразу воспринимают всерьез"
О том, как творческая натура нашла себя в боксе
586 25    |    7 июня 2017 г.
Персона
Мы просто учим их пользоваться калькулятором
Айшат Гамзаева открыла в Махачкале специальную студию для людей-инвалидов.
1134 25    |    8 октября 2015 г.
Персона
«Я слышу ее голос до сих пор»
Исбат Баталбекова – первая оперная солистка в Дагестане.
1585 25    |    26 декабря 2014 г.